Цирк - мое родное: Дулма Пунцукова об искусстве и боли

Когда я пришла туда, то не умела делать фляки, колеса, акробатические прыжки. Умела только стоять на руках и гнуться. Мой тренер Буянто Батоевич Цыренов, Народный артист Бурятии, всему этому меня научил. Потом я вошла в номер "Вальтижная акробатика", это когда два мальчика держат руки, подкидывают с четырех рук, ты делаешь трюк в воздухе и обратно приземляешься на руки.

Потом второй мой тренер Анна Хабеева научила меня воздушным полотнам, с этим номером я поехала в Монголию на выступление. Но неудачно получился трюк — я сорвалась и упала с пятиметровой высоты... Легко отделалась, на самом деле...

К полотнам я сейчас пока не готова, если честно. У меня и так сейчас два новых номера, нагружать себя еще одним я не смогу. У меня еще целый год восстановительного процесса с ключицей должен быть. Но я не могу больше сидеть на месте, мне надо бежать в цирк, что-то делать, работать. Я уже намучилась сидеть в зрительном зале. Я же все смогу сделать.

— Какой ваш любимый номер? И что самое страшное?

— Любимый? Я всегда слезно умоляла взять меня в номер "вальтиж". Мне нравится, как меня подкидывают, я делаю трюк. И нравится реакция зала, это восхищенное "ах" в зале, когда я вновь встаю на руки ребят. Больше всего я боюсь упасть, особенно когда опыт такой уже есть. Но знаете, когда я выхожу на сцену, полностью отдаюсь зрителю, растворяюсь. Страх уходит. Главное, сделать бы все красиво, как бы не накосячить. Зритель отдает энергетику. Я выхожу на сцену, вижу одного зрителя и начинаю работать на него. Если я вижу его реакцию, хочется сильнее работать. Иногда я работаю на "дальнюю точку". Человек даже не понимает, что я на него смотрю, потому что в зале много людей.

— Большая разница между репетициями и выступлениями?

— Очень! Вышла на сцену — надо сделать трюк до конца, чтобы не переделывать. Сделать красиво и гордо. Выйти на поклон. Четко. Слаженно. Собранно. На тренировке не получилось — можно переделывать. Спокойно, потому что есть страховка.

— У вас есть любимый номер?

— До сих пор остался "вальтиж". С 2012 года я пыталась попасть в него, очень хотела.

Когда я была маленькой, мне нравилось смотреть, как другие цирковые летают в этом номере. И я мечтала, что тоже научусь так делать. Вообще же я хочу доработать жанр "каучук": сейчас вообще не гнусь, на руках не стою. В голове одна акробатика, ремни.

Хочу снова стать эквилибристом, снова гнуться, хочу связать свою карьеру с каучуком. Но пока не могу давать телу большую нагрузку, потому что еще не до конца восстановилась.

— Как же вас отпустили родители после двух травм?

— Родители не хотели меня отпускать, были категоричны. Но я же телец, упертая. Если поставила себе цель, иду к ней. Цирк такая профессия, что без травм никуда. Ну, упала, но восстановилась же. Родители приняли мое решение. Я сказала "возвращаюсь". И они меня поняли.

— У вас есть кумир, эталон, на который вы равняетесь в профессии?

— У меня есть три такие девочки. Во-первых, это мой Аня Хабеева, которой я восхищаюсь очень сильно, такая изящная и красивая. Вторая — Аягма Цыбенова, она работает в цирке Дю Солей. Великолепная девушка! На нее смотришь с открытым ртом, когда она на сцене. Такая тонкая талия, телосложение и мощь! Первый мой тренер Сэлэнгэ багша. В свои 60 она статная, с высоко поднятой головой. Никогда я ее не видела расхлябаной, она всегда очень красиво выглядит. Смотришь на нее и восхищаешься. Она и у Ани была первым тренером. И они даже похожи: движения, жесты.

— Многие не понимают, для чего артисты цирка трудятся не покладая рук. У многих цирковых с возрастом начинаются серьезные проблемы со здоровьем. Как бы вы ответили, зачем вы занимаетесь этим?

— У меня есть подруга, ее муж не понимает нашу профессию, говорит "Ради чего вы рискуете так?". И у него нет желания приходить на наши выступления, потому что он этого не понимает. Сколько людей, столько и мнений.

Но мы все равно тренируемся, падаем и снова поднимаемся, устаем, но идем дальше. В чем смысл... Я хочу оставить маленький след в культуре и искусстве Бурятии, хочу чтобы обо мне говорили с восхищением "была такая артистка цирка", как я сейчас восхищаюсь Аней, Аягмой...

Конечно, я думаю о будущем, о травмах. Сейчас спина болит и ноги, коленки. Я задумываюсь, меня это ждет. С девочками шутим, что лет в 40 мы просто рассыплемся. Но мы делаем это и для зрителей, для вас...

— Сейчас вы отрабатываете новые трюки, готовы новые номера. Чего ждать зрителям дальше?

— Сногсшибательную новую программу. Сейчас у нас новая постановка хула-хупов, ремни, с нами работает не цирковой хореограф, мы с ним сделали совместный номер, новые трюки на подкидной доске. И мы всегда готовы сделать так, чтобы зритель был восхищен.

Смотрите полную версию на сайте >>>