UlanMedia, 21 сентября. В феврале 1946 года, когда Вторая мировая война уже закончилась, но страна только начинала возвращаться к мирной жизни, от Бурят-Монгольской АССР в Верховный Совет СССР второго созыва прошли два человека. Один из них — генерал-майор Илья Васильевич Балдынов, дважды Герой Советского Союза, фронтовик, чьё имя знали по всей стране. Второй — Герой Социалистического Труда Андрей Игнатьев. Их избрание стало частью масштабного государственного поворота: СССР переходил от военной мобилизации к восстановлению хозяйства и переустройству власти.
генерал-майор Илья Васильевич Балдынов, дважды Герой Советского Союза,. Фото: музеи истории Бурятии
Уже в марте 1946 года Верховный Совет СССР утвердил первый послевоенный пятилетний план на 1946–1950 годы. Одновременно Совет Народных Комиссаров на всех уровнях — союзном, республиканском, автономном — был переименован в Совет Министров. В Бурят-Монгольской АССР это решение закрепили законом 30 сентября 1946 года. За всё время войны Верховный Совет республики собирался лишь однажды — в июле 1943 года, на юбилейной шестой сессии. Теперь же политическая жизнь набирала обороты.
Руководители республики с космонавтом Германом Титовым. Фото: музеи истории Бурятии
В феврале 1947 года в республике прошли новые выборы — в Верховный Совет РСФСР и в Верховный Совет БМАССР второго созыва. Как и везде в СССР, голосование было формально всеобщим: участие приняли 99,92% зарегистрированных избирателей. На каждую должность выдвигалась одна кандидатура, предварительно согласованная райкомами и обкомом ВКП(б). В новый парламент республики вошли 90 депутатов. Председателем Президиума Верховного Совета стал Дашинима Цыремпилович Цыремпилон.
30 сентября 1946 г. На последней сессии Верховного Совета БМАССР первого созыва был принят Закон «О преобразовании СНК БМАССР в Совет Министров». Фото: музеи истории Бурятии
Однако на деле Верховный Совет работал под жёстким контролем партийных органов. Его самостоятельность была условной. Особенно остро это проявилось в борьбе внутри руководства республики. Многие партийные и государственные деятели получили свои посты ещё в военные годы, не имея опыта мирного управления. Это породило трения.
Особое недовольство вызывал первый секретарь Бурят-Монгольского обкома ВКП(б) Алексей Васильевич Кудрявцев, назначенный в марте 1943 года вместо Сергея Игнатьева. Против него начали складываться серьёзные обвинения. В октябре 1946 года в "Правде" вышла статья А.А. Бальбурова "Плоды формального руководства", где говорилось:
"Формализм, зазнайство, невнимание к сигналам с мест пронизывают всю работу Бурят-Монгольского обкома и его первого секретаря тов. Кудрявцева. Не умея или не желая вникнуть по-настоящему в экономику колхозов, не зная глубоко хозяйства республики, руководящие работники обкома не желают прислушиваться к мнениям и опыту актива и рядовых людей. Вывод из этих фактов напрашивается один: Бурят-Монгольский обком не вникает в экономику колхозов, без знания дела руководит хозяйством. Его работники начинают терять чувство ответственности за порученное им дело".
Центральный комитет ВКП(б) трижды — 3 февраля 1945 года, 13 октября 1945 года и 17 августа 1946 года — заслушивал доклады о работе бурятского обкома. Кудрявцев, в свою очередь, объяснял кризис в республике "происками буржуазных националистов". На XIV пленуме обкома в сентябре 1946 года он выступил с докладом "О состоянии идеологической работы" и обвинил в националистическом уклоне секретаря обкома по идеологии Батора Санжиева. Под подозрение попали и многие деятели культуры.
Первые секретари Бурят-Монгольского областного комитета. Фото: инфографика ИА UlanMedia
Этот внутрипартийный конфликт затянулся на годы. Лишь 3 февраля 1951 года ЦК принял постановление "О недостатках и ошибках в работе Бурят-Монгольского обкома ВКП(б)". Через месяц, на IV пленуме, Кудрявцева сняли с поста первого секретаря, а вместе с ним — и председателя Совета Министров Степана Иванова. Новым первым секретарём стал Андрей Уляпиевич Хахалов, а главой правительства вновь назначили Д.Ц. Цыремпилона.
В последующие годы руководство республики менялось ещё не раз. В 1960 году первым секретарём стал Василий Филиппов, а председателем Совмина — Андрей Модогоев. Уже в 1962 году Модогоев возглавил обком партии и продержался на этом посту до 1984 года.
Первые лица Бурят-Монгольской АССР. Фото: инфографика ИА UlanMedia
Однако одним из самых заметных событий послевоенного периода стало не кадровое, а символическое изменение — переименование республики. В марте 1958 года бюро обкома партии предложило убрать из названия слово "Монгольская". Официальной причиной стало заявление, что "за годы Советской власти коренная народность сложилась в бурятскую социалистическую нацию со своим самостоятельным языком, культурой и самосознанием".
Первые руководители Бурятии. Фото: инфографика ИА UlanMedia
На самом деле решение было продиктовано и внешнеполитическими соображениями. Как позже вспоминал историк Г.Л. Санжиев в статье "Имя республики. Есть право на самоназвание" ("Правда Бурятии", 1991):
"Партийное руководство нашей республики в начале 1958 г. загорелось идеей отметить по примеру ряда республик и областей 300-летие присоединения Бурят-Монголии к России. Оно вышло с ходатайством в Политбюро ЦК КПСС и имело беседу с Н.С. Хрущевым. Дав принципиальное согласие на празднование 300-летнего юбилея, Хрущев, говорят, задал вопрос руководителям БМАССР: “Почему ваша республика называется Бурят-Монгольской, разве у вас живут монголы?”. Когда ему ответили, что в республике нет монгольского населения, он предложил убрать из названия слово “Монгольская”. Почему мешало это слово?… Руководство Китая претендовало на этническую территорию монголов Азии. Оно заявляло, что Китай и Монголия в свое время составляли единое государство. Такая политика сильно препятствовала признанию международным сообществом Монгольской Народной Республики независимым, суверенным государством и принятию ее в ООН… Видимо, Н.С. Хрущеву казалось, что название “Бурят-Монгольская АССР” будет служить предлогом для притязания на ее территорию".
Указ Президиума Верховного Совета СССР о переименовании Бурят-Монгольской АССР в Бурятскую АССР. Фото: музеи истории Бурятии
7 июля 1958 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР о переименовании республики в Бурятскую АССР. Через десять дней, 17 июля, VII сессия Верховного Совета БМАССР внесла изменения в Конституцию. Выступая с докладом, Д.Ц. Цыремпилон напомнил, что изначальное название "Бурят-Монгольская республика" было установлено в 1923 году "по предложению местных руководящих работников", а новое — принято "в соответствии с пожеланиями бурятского народа и всех трудящихся республики".
До сих пор среди историков и политиков нет единого мнения: насколько искренними были эти "пожелания", и насколько решение было продиктовано идеологическими установками и международной конъюнктурой. Но факт остаётся: после 1958 года в официальном названии республики исчезла ссылка на Монголию — и с ней многозначительная часть её исторического имени.
